34 миллиона 476 тысяч человек, призванных в годы войны в Красную Армию, представляли 151 нацию и народность. И всех их – рядовых и командиров, пехотинцев и танкистов, летчиков и моряков, артиллеристов и кавалеристов, связистов и врачей – сынов и дочерей всех народов Советского Союза объединяло одно: отстоять независимость Родины, уничтожить ненавистный фашизм.
Массовый героизм советского народа в Великой Отечественной войне складывался из изумительных индивидуальных образцов героизма представителей различных национальностей в боях на земле и в воздухе, на воде и под водой, на фронтах и в партизанских отрядах, подполье на временно оккупированных врагом территориях, в тылу на заводах и колхозных полях.
Откуда ты?
– Вторую зиму мы воюем вместе.
Твои дела почетны и просты.
И меткий глаз твой всей стране известен.
Скажи, боец, откуда родом ты?
– Отец и дед охотниками были,
Вот почему и меткость есть в глазах.
Отец и дед пушного зверя били,
Я бью врага. Я снайпер. Я казах.
–Тебя я знаю по ночному бою,
И мне твои запомнились черты.
В атаке ты не дорожил собою.
Скажи, боец, откуда родом ты?
- Я в том бою оружием и честью
Лишь дорожил, как вольный человек.
Я сын садов ташкентского предместья.
Я хлопкороб. Я воин. Я узбек.
– А ты, орел, я знаю, что немало
Обрушил ты на немцев с высоты
Горячего разящего металла.
Скажи, герой, откуда родом ты?
– Таких, как я, в полку героев много,
И награжден страной не я один.
Военная Грузинская дорога
Ведет в мой дом, в Тбилиси. Я грузин.
– От верных залпов твоего расчета
Враги под землю лезли, как кроты.
Но не спасали их накаты дзотов.
Скажи, сержант, откуда родом ты?
– Я мщу врагам за дочку и за сына,
Расстрелянных у мирного плетня.
Я украинец. Ридна батькивщина
К орудию поставила меня.
– Ты воевал в лесах и на болотах,
Дороги строил, возводил мосты.
Тебе спасибо говорит пехота.
Скажи, сапер, откуда родом ты?
– Откуда я? Да, видно, издалече,
Из тех краев, где воевал Ермак.
Давай закурим, что ли, ради встречи,
По-плотницки. Я плотник, сибиряк.
– А ты, отец, хранишь, я знаю, дома
От прошлых войн солдатские кресты.
С какой реки, с Кубани или с Дона,
Скажи, солдат, откуда родом ты?
– Не угадал. Ни с Дона, ни с Кубани,
С Москвы-реки на фронт явился я.
Мы от земли - можайские крестьяне,
Там, стало быть, и родина моя.
Войди в блиндаж, пройди по батареям,
Везде они, бойцы моей страны.
Мы вместе спим и вместе воду греем
И друг для друга жизни не жалеем -
В одну семью Отчизной сплочены.
(Сергей Михалков)
Давайте сегодня вспомним рядовых героев, воевавших на фронтах войны. Именно им, своей доблестью на переднем крае приближавших Великую Победу, посвящено произведение Виктора Астафьева «Кавказец».
Сам Виктор Петрович о своих произведениях, посвященных военной тематике, говорил так: «...О войне писать трудно... Счастлив, кто не знает её, и я хотел бы пожелать всем добрым людям и не знать её никогда, и не ведать, не носить раскалённые угли в сердце, сжигающие здоровье и сон... Трудно писать о войне, хотя во мне «моя война» идёт и идёт своим ходом, не умолкая, не оставляя меня и мою память в покое».
Рассказ написан писателем в 1958 году и впервые опубликован в газете «Молодая гвардия» (г.Пермь) в 1961 году.
В военном госпитале от ранения умирает молодой кавказец Магомед-Оглы. Он отказывается делать переливание крови, так как его вера не позволяет этого. Его всеми силами пытается спасти Агния Васильевна, главный врач госпиталя, уговаривая согласиться на операцию. Вот и весь сюжет короткого рассказа о жизни и смерти, о том, что в годы Великой Отечественной войны плечом к плечу сражались и умирали за Родину люди разных национальностей, и каждый готов был отдать за спасения раненного товарища свою кровь до последней капли.
Отрывок из произведения: «Магомед-Оглы долго смотрел на эту вечно занятую докторшу с усталым лицом, с седыми волосами и черными, как у кавказских девушек, бровями. Что-то близкое было в ее русском обличье с чуть приплюснутым носом ему, кавказцу, что-то тянуло его к ней и хотелось довериться вот этой пожилой женщине, как матери. Но он через силу произнес:
– Нэ магу… Пажалста, прастите».
Принять чужую кровь – вера не позволяет. Не принимать – смерть неизбежна, а Магомед-Оглы всего 20 лет... Какое решение выбрать?
Отрывок из произведения: «Агния Васильевна сощурилась, точно взяла на прицел черный затылок Магомеда-Оглы, потом наклонилась к нему и доверительно спросила:
– А если мою кровь?
– Вашу?! – резко повернулся и округлил глаза Магомед-Оглы. Треснутые губы его, обрамленные черной бородой, замерли в вопросе.
– Да, мою.
– Вашу?! – еще раз переспросил Магомед-Оглы. Он закрыл глаза. Темные ресницы его задрожали часто-часто, будто стряхивали слезы, которых там никогда не было. Магомед-Оглы трудно приподнял руку, провел ею по лицу, словно стирая что-то с глаз и тряхнул лохматой головой.
Это означало да…
…Пятнадцать лет спустя среди множества телеграмм и писем, полученных Агнией Васильевной по случаю ее шестидесятилетия, она обнаружила небольшое, застенчивое письмо, которое начиналось так:
«Здравствуй, родная мама! Это письмо посылает тебе Магомед-Оглы…» И дальше шло обычное извинение за долгое молчание, потому что он, Магомед-Оглы, не умеет и не любит писать письма. Но если будет нужна его жизнь, он придет и отдаст эту жизнь ей, своей второй матери».
Наше повествование о этом произведении завершим словами великого писателя Виктора Астафьева: «Память моя, память, что ты делаешь со мной?! Все прямее, все уже твои дороги, все морочней обрез земли, и каждая дальняя вершина чудится часовенкой, сулящей успокоение. И реже путники встреч, которым хотелось бы поклониться, а воспоминания, необходимые живой душе, осыпаются осенним листом. Стою на житейском ветру голым деревом, завывают во мне ветры, выдувая звуки и краски той жизни, которую я так любил и в которой умел находить радости даже в тяжелые свои дни и годы.
И все не умолкает во мне война, сотрясая усталую душу. Багровый свет пробивается сквозь немую уже толщу времени, и, сплющенная, окаменелая, но не утерявшая запаха гари и крови, клубится она во мне».
